Басня

initial_orn

 

Лиса закинула лапу за голову и отвела глаза.
Ворона молчала — уважительно и выжидательно, не торопя лису, но всем своим видом и самой паузой создавая ощущение неослабевающего интереса и ненавязчивой доброжелательности.

Она знала, куда смотрит лиса.
Каждый раз, когда беседа подходила к болевой точке, лиса начинала разглядывать висевший на противоположной стене постер — копию страницы из винчестерской Библии XII века с фигурной буквицей в алых, лазоревых и золотых тонах, — словно пытаясь найти и, увы, не находя себя в переплетении хвостов, крыльев и стеблей.

— Я стараюсь быть объективной и, по-моему, у меня это вполне получается, — наконец выговорила лиса. — То есть, я безусловно признаю, что у меня есть проблема… но моя оценка ситуации и его качеств не диктуется наличием проблемы.

Ворона медленно кивнула, вложив в это простое движение столько понимания, готовности размышлять над услышанным и поощрения к продолжению, что любые вопросы о правомерности такой цены на её услуги снимались сами собой.

Читать далее

Реклама

Гротески и арабески

poe1

Вот одна девочка очень боялась спать в одной комнате с книжкой Эдгара Алана По, которую купила в букинистическом магазине. Как придётся ложиться напротив книжного шкафа — так заранее выносит американского романтика за дверь. И никто не знал, чего она так боялась.

А она боялась правильно.
Читать далее

Новейшая азбука

— Александр Андр… Александр Андреевич? Ну и имя у вас, батенька, язык вывихнуть можно…
— Можно, — с некоторым облегчением подтвердил Зотов, ждавший вечного «как Чацкий». Ему вдруг стало легко и радостно от дурацкого положенья, в которое они оба попали, и неожиданного разговора с этим чужим человеком.
— Я неспроста осведомился о вашем имени, — обстоятельно продолжал товарищ Зотова по несчастью. — По моему мнению, всякое имя обязывает. Александр и Андрей, андр-андр — сложное, редкое соединение. «Муж», да дважды! Оно от вас требует твердости, оригинальности, а то и величия на классический манер. У меня имя поскромнее. Кстати, позвольте представиться: Иван Михайлович Корф.

Читать далее

четыре капитана

пьеса в пяти действиях с прологом и особым цинизмом

переводчикам Шекспира

Действующие лица (в порядке появления):

Актер
Гонзаго
Гамлет Гамлетович, принц
палач Юрик, друг Гамлета
Королева, мать Гамлета
Королев, ее муж, его дядя
Васенька, дебил
Розамая, возлюбленная Гамлета
трупы

Пролог.
Сцена представляет собой довольно грязную лестничную площадку типового многоэтажного дома, видную со стороны окна. Батарея отопления, мусоропровод, два пролета лестницы, ведущие вверх и вниз. На стенах крупные надписи: «ЦСКА — конюшня, Дания — тюрьма»; «Бэкон (зачеркнуто) Ратлэнд (зачеркнуто) Оксфорд (зачеркнуто) Дерби (зачеркнуто) Сэсил (зачеркнуто) Марло (зачеркнуто) рулез»; «Лизка — феникс» и прочее в том же духе.
На верхней ступеньке лестницы, ведущей вниз, спиной к зрителю сидит Актер. По характерным движениям и звукам можно понять, что он что-то разливает по невидимым стаканам.

Актер (чокаясь с невидимым собутыльником):

Весь мир — тюрьма, а люди в ней — актеры.
Любовью за любовь. (Выпивает). Дуй, ветер, дуй.
Нет повести печальнее на свете.
Макбет зарезал сон. Еще чего?

Голос снизу: Вы можете сыграть «Убийство Гонзаго»?
Актер: Легко. (Кричит). Гонзаго!

Входит Гонзаго. Актер бьет его бутылкой по голове. Гонзаго падает и остается лежать у мусоропровода.

Актер: Что-нибудь еще, принц?

Голос снизу:
Довольно, о. Ты ж — уходить ты вправе,
окончен уж пролог теперь.

Актер поднимается и направляется к лестнице, ведущей наверх.

Но, чу!
Оставь бутылку, ибо здесь покойник —
пусть мертвецы хоронят мертвецов.

Актер ставит пустую бутылку возле трупа и уходит.

Читать далее

Розовая Борода

Жил-был однажды человек, у которого водилось множество всякого добра: были у него прекрасные дома в городе и за городом, лошади и кареты, но, к несчастью, борода у этого человека была розовая, и эта борода придавала ему такой безобразный вид, что все девушки и женщины, бывало, как только завидят его, так давай бог поскорее ноги.
У одной из его соседок, дамы происхождения благородного, были две дочери, красавицы совершенные. Он посватался за одну из них, не назначая, какую именно, и предоставляя самой матери выбрать ему невесту. Но ни та, ни другая не соглашались быть его женою: они не могли решиться выйти за человека, у которого борода была розовая, и только перекорялись между собою, отсылая его друг дружке.
Розовая Борода, желая дать им возможность узнать его покороче, повёз их вместе с матерью в один из своих загородных домов, где и провёл с ними целую неделю.

Дом этот был таков, что человек здравомыслящий не выдержал бы там и двух дней: окна оказались витражные, да всё густого синего и алого тона, отчего освещение делалось причудливо и скудно, комнаты были отделаны морёным деревом, покрытым самою пугающей резьбою, по стенам кругом висели портреты покойных родственников хозяина, и все как один были наредкость нехороши собою во вкусе старых голландских мастеров, по углам стояли доспехи да чучела, половицы и ступени скрипели на разные голоса, а камин в столовой изображал оскаленную пасть чудовища. Старшая дочь соседки, девушка весёлая, живого нрава, жаловалась, что совсем не может уснуть в отведённой ей комнате, так страшно играют на сводчатом потолке тени от лампы.

Младшая дочь, однако, была совершенно очарована. Её с младенчества увлекали нянькины сказки о духах и привидениях, гулять она любила по кладбищам, а в монастыре, куда её мать ездила раз в год пополнить запасы пользительного ликёра, смело отправлялась в оссуарий поглядеть на черепа. Всю неделю она любовалась мрачным убранством дома, прогуливалась в тисовой аллее до чёрного пруда, слушала заунывные баллады о мертвецах и погубленных душах, которые во множестве знал слуга хозяина, а ночами просила открывать в спальне окно, поскольку возле конюшен премило ухал филин.

Читать далее