Охота

Screenshot_2020-10-10 1800full_21_0 jpg

Паоло Ди Доно, известный более как Уччелло, — это хочется сказать на нынешний манер: Паоло «Птица» Ди Доно, — написал «Ночную охоту в лесу», известную более просто как «Охота», незадолго до своей смерти в 1465 году. По какому поводу и для кого, можно только гадать.

Сбрую коней украшают полумесяцы, герб флорентийского семейства Строцци, но в то время Строцци из Флоренции были изгнаны, и не могли себе позволить заказать картину по причине самой прозаической: обнищали. С другой стороны, полумесяц намекает на Диану, он виден там и в небесах, хотя еле-еле, затёртый богатой рамой; Диана отвечает за охоту, целомудрие и деторождение, а, сложив эти куртуазные элементы, получаем свадебную тему — то есть, «Охота» вполне могла быть заказом к свадьбе. Эту версию подкрепляет и сам формат картины, она написана на деревянной панели, вытянутой по горизонтали, сто шестьдесят пять на шестьдесят пять сантиметров — очень похоже на боковину мебели, вроде декоративной кушетки, какие выставляли в парадных покоях, или сундука-кассоне, всё это дарили новобрачным. Да и как отдельная панель, спальера, «на уровне плеча», картина явно должна была бы висеть на ходу, на виду у гостей, то есть, опять же, годится в свадебные подарки.
Но кто женился — бог весть.

В отечественной традиции к «Охоте» принято относится несколько снисходительно: да, де, экспериментировал Уччелло с перспективой, но не так уж и удачно, бывало лучше, а что сцена охоты сама по себе, без мифологического контекста… ну, батальные он уже писал, что ж теперь.

Англичане, у которых «Охота» стараниями несколько лет прослужившего по дипломатической части в Италии и подарившего часть собранной там коллекции живописи родному университету Уильяма Фокса-Стрейнджуэйза, четвёртого графа Илчестера, висит в музее Эшмола в Оксфорде, иного мнения.

«Стоит её увидеть, — говорит у Фаулза в «Коллекционере» художник Г.П., — понимаешь: она безупречна».

Эта безупречность начинается с доски, на которой написана «Охота», с гипсового грунта гессо, залитого чёрным по всей поверхности, кроме тех участков, где планировались красные и жёлтые элементы. Уччелло в юности делал витражи, он знал, как заставить работать свет, поэтому синие ночные тона «Охоты» лежат на чёрном, подпитываясь его глубиной, а жёлтые и алые опираются на белый и горят, будто их подсвечивают изнутри. Под кронами деревьев, под самой зеленью, чёрная грунтовка местами удалена, и на белое нанесено сусальное золото, именно оно сверкает сквозь листья. Так рождается сновиденческая, нездешняя яркость среди мрака, сценическое освещение, почти музыкальный ритм контрастов — неслучайно Мартин Кемп сравнил «Охоту» со сценой охоты из «Дидоны и Энея» Пёрселла.

Эта музыка написана на жёсткой нотной линейке: под красками, по грунту, земля «Охоты» расчерчена подобно шахматной доске — всё ради «приятнейшей перспективы», которая, если верить Вазари, так увлекала Паоло Ди Доно, за что его и прозвали не только Птицей, но и Математиком. Мы знаем об этом, потому что в учёнейшем Кембридже картину рассматривали во всех возможных лучах, но другой математик, мистер Чарльз Лютвидж Доджсон, водивший барышень Лидделл в музей, где висела «Охота», разумеется, ни о чём таком не подозревал, и лес без имён в шахматной вселенной Зазеркалья, куда уходят девочка и лань, это, конечно, просто совпадение.

Стоп, начинается путаница.
Вглядимся в «Охоту» чуть внимательнее: перед нами не лес, перед нами окружённый рвом с водой — вон она, блестит справа у края — охотничий парк, куда оленей селят намеренно, чтобы не гоняться за ними по лесу, вон, и нижние ветви обрублены рачительно, чтобы охотникам на полном скаку не снесло головы; слева в глубине едет навстречу загону одинокий охотник, уже добывший двух ланей, одна перекинута через седло, вторая у него на плече, но этого почему-то никто не замечает; из собак на картине одни проворные и вьющиеся борзые, что противоречит самой организации загонной охоты во времена Уччелло, должны быть ещё мастифы, иначе кто оленя по следу найдёт и потом добудет — вон, у Мантеньи на «Возвращении с охоты» как раз правильного мастифа держат на поводке; и, наконец, что за охота среди ночи?..

Да и с перспективой Птица Математик нас надул.
Во-первых, панель отчётливо распадается на триптих, посмотрите на ближайшие большие деревья, они, не таясь, работают рамкой. Во-вторых, все эти брёвна, копья, лошади, собаки, вроде бы, рисующие чёткие лучи перспективы, рисуют бог знает что: лучи не сходятся в одной точке. Ах да, эксперименты Уччелло с перспективой пока далеки от совершенства, учит нас школьное искусствознание… ну да, ну да.

По-английски точка схождения перспективы называется vanishing point, «точка исчезновения» — или «исчезающая точка», если угодно. Три луча Уччелло, на которых с XV века держится любая попытка создать на плоскости иллюзию глубины, исчезают где-то за пределами видимого, за краской и доской, сходятся там, куда нет хода ни нам, ни вечно мчащимся охотникам, распялившим рты в беззвучном крике.

И это не недочёт, не неумение, это та самая безупречность, если остановиться и дать себе труд задуматься. «Медленным искусством» называет «Охоту» всё тот же великий Мартин Кемп, она требует времени и сил, но в ответ даёт бесконечно много, как всякий сумрачный лес, в которых так хорошо ориентируются итальянцы.

«Охота» начинается в лесах Данте и Боккаччо — и ведёт за собой новых пишущих.

Дерек Махун, увидевший её «лимонно-синий» воздух, задался вопросом: что, если эта охота, начавшаяся в тёмных пещерах и до сих пор идущая, есть не большое приключение, которого мы ждали, но затейливое зрелище, устроенное ради забавы, а не ради пищи? Джон Бёрнсайд, озаглавивший свой сборник в её честь, «Охота в лесу», сказал, что в этой охоте никто не выживет, ни дичь, ни охотник — и нож скользит по крови, как по маслу или по шёлку, пока не затихнет сердце.

И в самом деле, казалось бы, всякая охота должна окончиться смертью. Даже любовное стремление, которое так легко считать у Уччелло, — возможный свадебный подарок, традиционное уподобление ухаживания войне и охоте, весь строй куртуазного канона, — взяв добычу, угасает; пусть аппетит, утолённый до тошноты, умрёт, как говаривал влюблённый герцог Орсино.

Но Математик наш знал, что слишком жёсткое построение перспективы убивает искусство. Точка схождения блуждает и исчезает, олень Уччелло — тот самый, таинственный и чудный олень, который мелькнёт у Грина — недосягаем, охота вечна. Взмыленные кони недвижно рвутся с места, борзые ярятся, не шелохнувшись, добытый олень не считается, это всего лишь туша, всего лишь плоть и смерть. But we, by love so much refined, скажет Донн, мы, которых любовь настолько — это почти невозможно перевести, здесь и утончённость, и очищение, здесь некая алхимическая возгонка, получение эликсира из грубой материи… мы, которых любовь так очистила и подняла над собой, что мы и сами не знаем, что это такое, не заботимся о том, чтобы тосковать по губам, глазам и рукам. Сами не знаем, что это такое, любовь — исчезающая точка математика Уччелло, его таинственный и чудный олень, сияющий в глубине лесной колоннады, среди её мерно бьющейся музыки.

Наше стремление к любви, чего бы мужчины ни рычали про кровь и оружие, там, в загрудинной тени, где водится этот олень, есть не стремление к обладанию и, следовательно, смерти, но — к невозможности утраты. Однажды мир останавливается, в синей на чёрном ночи загораются алый и жёлтый на белом, золотой в зелени, и свет во тьме светит, и тьма не объяла его, руки твои разоружены, ты протягиваешь сердце яблоком на ладони — и олень Паоло Птицы Ди Доно, прозванного Математиком, идёт к тебе сам, чтобы взять у тебя яблоко тёплыми губами, и никто не умрёт.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s