Басня

initial_orn

 

Лиса закинула лапу за голову и отвела глаза.
Ворона молчала — уважительно и выжидательно, не торопя лису, но всем своим видом и самой паузой создавая ощущение неослабевающего интереса и ненавязчивой доброжелательности.

Она знала, куда смотрит лиса.
Каждый раз, когда беседа подходила к болевой точке, лиса начинала разглядывать висевший на противоположной стене постер — копию страницы из винчестерской Библии XII века с фигурной буквицей в алых, лазоревых и золотых тонах, — словно пытаясь найти и, увы, не находя себя в переплетении хвостов, крыльев и стеблей.

— Я стараюсь быть объективной и, по-моему, у меня это вполне получается, — наконец выговорила лиса. — То есть, я безусловно признаю, что у меня есть проблема… но моя оценка ситуации и его качеств не диктуется наличием проблемы.

Ворона медленно кивнула, вложив в это простое движение столько понимания, готовности размышлять над услышанным и поощрения к продолжению, что любые вопросы о правомерности такой цены на её услуги снимались сами собой.

— Моя боль — это моя боль, — продолжала лиса, и голос её становился всё спокойнее и твёрже, — она — факт моей жизни, но — прошлой. Я не исхожу из этой боли, когда говорю о его незрелости и о том, что он, если вдуматься, не стоит затраченных на него усилий. Просто мне кажется, что из одной боязни быть обвинённой в озлобленности и фрустрации я не должна притворяться, будто не замечаю его недостатков!
— Вопрос в том, — заметила ворона, — для чего вы пытаетесь создать его объективный образ.
— Я не пытаюсь! — прервала ворону лиса. — Просто теперь я вижу, я могу это сказать: он на самом деле кислый! Он несъедобен! Понимаете? На самом деле! От него сведёт зубы у любого, даже у вас, вы-то можете его достать!
— Если я верно понимаю, — мягко сказала ворона, — вы стали гораздо более открыты своим переживаниям. Это, разумеется, говорит о том, что мы прошли большой путь.

Чёрный искристый песок лежал в нижней колбе изящных часов с серебряными масками и ангелами — час истёк.
Лиса села на кушетке, ещё на пару секунд задержала взгляд на средневековой буквице и спросила:

— Я справляюсь, ведь правда?
— Вы — зрелая, сильная и полноценная личность, — кивнула ворона. — Никогда об этом не забывайте.
— Тогда — до среды, — улыбнулась лиса. — Сыр я оставлю у секретаря, как всегда. Спасибо.
— До среды, — улыбнулась в ответ ворона. — Если что — звоните. И не прекращайте вести записи, это — часть терапии.

Когда лиса вышла из кабинета, ворона подошла к постеру с буквицей, нажала на край рамки, и дверца, которую скрывал постер, распахнулась.
В сейфе-холодильнике высились аккуратные стопки сыров. Ворона, подумав, вынула небольшую головку камамбера, оторвала кисточку винограда, лежавшего в вазе на столе и казавшегося до сих пор вполне искусственным, вздохнула и села в кресло.

— Вот так, — сказала она, обращаясь к книжному шкафу, где среди золочёных корешков почти терялись надписи «Лафонтен» и «Крылов», — вот так, дорогие мои. Умение слушать тоже приносит дивиденды.

Реклама

2 ответа на “Басня

  1. а можно в ЖЖ запостить со ссылкой? Я в вас влюбилась, так что будет у меня в загашнике лежать для памяти, потому что не знаю, как из ВП транслировать

    Нравится

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s