Главная » fabulae draconis » История двенадцатая: «…а молча я совсем зачах».

История двенадцатая: «…а молча я совсем зачах».

dragonandknight— Можно тебя попросить… — алхимик на мгновение замялся. — Немножко… слюны вот сюда?
— Плюнуть в эту колбу? — уточнил дракон. — И что будет?
— Я не вполне уверен, но если под «слюной дракона» он имел в виду слюну дракона, — с надеждой произнёс алхимик, – мы будем наблюдать крайне интересную реакцию вот с этой солью… ты не мог бы?..
— Ради науки – сколько угодно. Но руку лучше убери.

Дракон старательно подвигал челюстью, навис над столом и коротко плюнул точно в горловину колбы, на дне которой виднелись какие-то грязноватые комки. Сгусток белого пламени заставил их вспениться, воздух внутри колбы задрожал, замерцал и занялся ровным светом. Алхимик сперва наклонился и зачарованно посмотрел на сияющий сосуд сбоку, потом медленно, с восторгом и неверием поднял колбу длинными щипцами – кварцевое дно провисло, провалилась грыжей стенка, потянулось, сужаясь, горлышко… алхимик выругался, сунул плавящуюся колбу в каменный чан с водой и среди пара и шипения повернулся к дракону.

Ящер трясся от беззвучного хохота.

— Ты знал!.. Заранее знал!.. — голос алхимика срывался от негодования.
— Конечно, знал, – утирая глаза кончиком хвоста, отозвался дракон. — Представляешь, сколько раз меня за эти годы просили поплевать в лабораторную посуду? У одного мистагога и духовидца даже случилась рубиновая чашка, чуть ли не атлантийской работы, большой магической силы была вещь.
— Что, и рубиновую не пожалел?.. — сокрушённо спросил алхимик.
— Меня попросили, я сделал. И потом, — дракон, склонив голову набок, заглянул алхимику в лицо, — он говорил, башмаки сами не ходят.

Алхимик невесело усмехнулся.

— С ним, как всегда, трудно спорить. Но ты пойми, он со своим знанием словно стоял на высокой башне, видел весь город, окрестные холмы, дороги, реку — и небо… а мы толкаемся в толпе на рыночной площади, если вообще умеем выйти из дому. И когда он начинает говорить притчами, мы смотрим на него снизу вверх, как малые дети, и гадаем, кто во что горазд. Вот он пишет, — алхимик потянул со стола книгу, топорщившуюся многими закладками, распухшую впятеро против своего размера из-за вложенных листов с рисунками и записями, — про слюну дракона, пожирающего золото — ему кажется, что всё и так понятно, а ты бы знал, какие у нас по этому поводу споры, сколько существует толкований!..

Дракон заулыбался.

— Бабушка его ещё в первый раз критиковала за склонность к тёмным метафорам и интроверсивный стиль, но тут уж ничего не поделаешь, авторская индивидуальность, соловей, прав был Готфрид.
— В первый раз? — не понял алхимик.
— Если по-вашему, — дракон что-то прикинул в уме, — это было в конце XII века. Правда, ему тогда быстро надоело, и в тот раз он умер совсем молодым.

Алхимик посмотрел на книгу, которую собирался раскрыть, на дракона, опять на книгу — и положил книгу обратно на стол.

…Sô vil sô ich gesanc nie man,
der anders niht enhete wan den blôzen wân.
Daz ich nû niht mêre enkan,
des enwunder nieman: mir hât zwîvel, den ich hân,
Allez, daz ich kunde, gar benomen.
Wanne sol mir iemer spilende vröide komen?..

Дракон помолчал и добавил:

— Это одна из самых известных его песен.
— Прекрасно, — искренне сказал алхимик. — Я ни слова не понял, но это прекрасно.
— Никто не пел, сколько я, когда не было ничего, кроме надежды — пусть не дивятся, что больше не хочу, — тихо произнёс дракон. — И так далее, хотя в переводе это, конечно, совсем не звучит.
— Слушай, — вдруг вскинулся алхимик, — а ведь он не просто так столько писал от имени женщины! Это наверняка имеет отношение к стадиям делания, это код, и если повнимательнее…
— Хлебом вас не корми, дай найти тайный смысл, — закатил глаза дракон. — То, что от имени женщины — это стихи тёти Ринне. Мне она, строго говоря, приходится двоюродной бабкой, но это детали.
— Тёти Ринне? — оторопело повторил алхимик.
— Ну да, голос-то у них один, — дракон осёкся и хлопнул себя по лбу стреловидным кончиком хвоста. — Я всё время забываю, с кем говорю, прости. Наши, как правило, знают о семейных делах друг друга, легендарный мир довольно тесен, мы все в родстве или в свойстве. Их у прабабушки было трое: старшая, тётя Эйгр, а потом близнецы, он и его сестра Райнгольд, или, как кимрийская родня выговаривает, Риннегулид.
— Я всегда считал, — смущённо признался алхимик, — что Райнгольд — мужское имя.
— Да имя-то мужское, должность традиционно женская, — усмехнулся дракон. — Насколько вообще можно говорить о мужчинах и женщинах, применительно к нашей породе. Хотя стихии, конечно, разные: водные, действительно, чаще становятся женщинами, там особая внутренняя организация. Тётя Ринне как раз удалась в эту линию, с дедом сложнее.
— Из-за того, что мужчина?
— Из-за того, что слишком долго был полукровкой, — пояснил дракон. — Затягивает.
— Но они, как я понял, все наполовину люди, по отцу, разве нет? — алхимик, уже не таясь, записывал за драконом, пристроив на колене толстую тетрадь.
— А дело не в том, сколько в тебе частей какой крови, — дракон дунул в камин, и пламя заиграло веселее. — Надо просто быть кем-то: хоть человеком, хоть драконом. Дед так и не решил, если бы не бабушка, сложно сказать, что бы с ним сталось.
— Бабушка была чистокровным драконом?
— Бабушка!.. — дракон благоговейно воздел лапы. — Бабушка — принцесса огненных духов, бессмертная саламандра, наследница Золотого цветка! Будь я на неё хоть немного похож, я был бы счастлив. Но с дедушкиными терзаниями даже она до конца справиться не смогла: полукровка, да ещё незаконнорождённый, да ещё не обладающий метаморфическим даром… я иногда думаю, что совсем с людьми ему было бы лучше, у вас он сходил за талантливую личность со странностями. Но он пробовал, умирал, потом снова пробовал…
— Чем дольше не можешь принять решение, тем труднее его принимать? — почти без вопроса в голосе произнёс алхимик.

Ящер вздохнул, задумчиво посмотрел в пространство и ткнул хвостом в корзину яблок, стоявшую у двери:

— Это заказ королевы, или можно взять парочку?
— Бери, конечно, — засмеялся алхимик. — Это мы со старшим садовником пытаемся научным путём определить, какие хранить в соломе, какие сушить, а какие на сидр. Может, и поедим, кстати?..

***
— Я всё хотел тебя спросить, — алхимик отставил бокал в сторону. — Ты долго ещё собираешься бегать от автора?

Дракон не ответил, он смотрел в окно, за которым горбились холмы, лезли по склонам сады и деревни, гладко лежала река, вдоль неё разрастался туман — и стояли высоко, чуть ёжась от вечерней свежести, первые звёзды.

— Вам давно пора примириться, — продолжил алхимик.
— Он со мной не разговаривает, — сухо и горько сказал дракон, по-прежнему глядя в окно. — А сам я ничего не могу придумать, я же рассказчик.
— Но ты ведь уже находил персонажей сам: всех этих крестьян, колдуний, благородных дам и господ, пастушек… меня, в конце концов?..
— В том-то и дело, — дракон посмотрел на алхимика, и тот увидел в глазах ящера звёзды и сумрачную синеву. — У меня есть мир, у меня есть персонажи, у меня есть голос и слова — нет только героев, и сам я найти их не могу.
— А рыцарь?.. — робко спросил алхимик. — Его же ты сам нашёл?

Дракон фыркнул, поперхнулся вином и откашлялся в окно дивной красоты красно-зелёным фейерверком.

— Ты с ума сошёл? Дракон нашёл рыцаря! У вас тут что, страна Кокань: мыши охотятся на кота, на деревьях растут колбасы? Рыцарь, дорогой мой, сутки скачет на верном коне, лезет по каменистой осыпи и трубит у драконьей пещеры — так дракон и рыцарь находят друг друга, так это бывает в правильном сюжете.
— Вот, пусть так и будет, — подхватил алхимик. — А дальше?..

На мгновение в комнате и за окном соткалась какая-то особенная, пульсирующая тишина, смолкли сверчки в садах, застыли пряди тумана, замерли звёзды, словно мир, задержав дыхание, ждал чего-то.

— Бесполезно, — сказал дракон, покачав головой. — Сам я могу только пересказывать чужие истории. Ну, и плевать в колбы, конечно.

©Екатерина Ракитина, 2009.

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s